Маленькая парижская книжка. Книга 2. Книжная баржа. Нина Георге

От авторки бестселлера «Маленькая парижская книжка» ОБ КНИЖКЕ «КНИЖКОВАЯ БАРЖА» НИНИ ГЕОРГЕ Сплило четыре года, как Жан Одинак покинул книжный барж «Литературная аптека» и дерзнул окунуться в новую любовь. Но любовь к женщине непрепятствует любви к своему делу, так что после долгих раздумий, условностей друзей и послания Жозе Сарамагу, сохранившимся в капсуле времени, месье Одинак возвращается. И управлять баржей, и сцеливать человеческие сердца. При этом он пишет свою жизнь, любовь и наследие — справочник для книготорговцев и литературных фармацевтов. Эта книжка не только про Одинака, его родных и друзей. Она и о том, чтобы читать самих себя, искать людей, с которыми чувствуешь себя «полным изданием», а не «выбранным». И, конечно, перемещаться от плана к импровизации, накрывать в сердце один стол для желаний и ума и находить в чтении полную свободу. Об авторе Нина Георге — немецкая писательница и журналистка, автор 26 книг и сотен публикаций. Работала в криминальной журналистике и ответственной редакторкой Die Welt. Ее роман «Маленькая парижская книжка» стал мировым бестселлером. Вместе с мужчиной-записником живет в Берлине и Бретани. Отзывы на издание «Книжковая баржа» Возвращение Жана Одинака на книжный барж стал для меня внутренним возвращением домой. Я все еще глубоко влюблена в алхимию литературы, нигде не чувствую себя такой свободной и при этом защищенной, как в глубинах истории. Об этом книжном уюте хочется говорить снова и снова. Нина Георге Другая книжка авторки: «Маленькая парижская книжка (основан. вид.), Нина Гиорге, «Наш Формат», 2023 год  Цитаты из книги Действительно важны только тот, кто пишет, и тот, кто читает; они встречаются на мисти из слов и на какое-то время между ними возникает единство. В процессе чтения каждый человек создает собственную книжку, вы к этому уже не имеете никакого отношения. Вот и все, что нужно знать. Оба перевернут себя словами, мыслями, ведут свою игру, и поверьте мне, Одиначе, наступит день, когда читатели, а не критики будут писать о книгах, изменяя все. Подозрю, что мне это уже не суждено пережить. Так что порекомендовали бы вы мне, человеку на пороге смерти, что исчезнет в тот момент, когда проснется мечтатель, который меня создал? Читающий человек спокон веков наносил влаголюбицам больше всего проблем. Для них такой человек был слишком свободным. Ее спиральницей является литература, ведь перед книжкой все уровни. Человек, который читает, царит в царстве, которое принадлежит только ему, создает недоступные для других миры — романтические, политический, непокорные. Такой человек легко перемещается во времени, он носит обувь героев, слабых, влюбленных, влюбленных, заброшенных, представляет себе страх и триумф, живет в комнатах, замках, пещерах, лесах, подвалах, на плавующих баржах, он открыт ко всем возможным чудесам, словно к научным открытий. - Вот как живут с книжками. Не только в голове, не только «ой-ой, я крутая, яирую». Не знаю, зачем tata Элла приволокла меня сюда, она прекрасно знает, что я терпеть не могу ездить на велосипеде, но... одно я знаю наверняка: я хочу, чтобы вокруг меня целую мою жизнь были книжки, от утра до вечера, и ночью тоже, постоянно, по-холодому, по-настоящему, когда... нет списка обязательных для прочтения книг, нет никаких литературных премий, нет семинаров, на которых препаривают тексты, пока не поотрезают все, что торчит, а мертвые остатки не внеливают метатекстовым соусом. реси, о чем я? Я хочу быть в живых текстах. В настоящей жизни.